Китай, который с середины 2000-х годов был основным кредитором Африки для масштабных инфраструктурных проектов, превратился в «главного коллектора» континента. Об этом сообщает South China Morning Post (SCMP).
Сокращение кредитования и рост выплат
По данным Boston University’s Global Development Policy Centre, на которые ссылается издание, китайские кредитные обязательства сократились с пиковых $28,8 млрд в 2016 году до $2,1 млрд в 2024 году — это самый низкий показатель за почти два десятилетия. При этом, как отмечает SCMP, наступает срок погашения предыдущих займов. После того как Пекин предоставил африканским правительствам $30,4 млрд в 2010–2014 годах, за последние пять лет он собрал $22,1 млрд в виде чистых платежей, говорится в публикации.
«Пекин сейчас сосредоточен на управлении зрелым кредитным портфелем, а не на его расширении», — объяснил экономист Oxford Economics Africa Кристиан Франкен, добавив, что Китай остается крупнейшим двусторонним кредитором континента.
Как пишет SCMP, Пекин описывает сворачивание как стратегию «маленьких и красивых» проектов, отходя от масштабных кредитов госбанков в пользу выборочных проектов в цифровой инфраструктуре, «зеленой» энергетике и индустриальных парках, финансируемых через региональные банки развития. Ссылаясь на данные Development Finance Observatory, издание отмечает, что китайские вливания в страны Африки с низким и нижним средним доходом упали с $26,5 млрд в 2018 году до $5,1 млрд в 2024 году, в то время как выплаты по обслуживанию долга выросли с $10,6 млрд до $17,4 млрд, подскочив до $25,2 млрд в 2025 году.
«Более важное прогностическое значение имеет не исчезновение китайского финансирования, а изменение его формы», — подчеркнул Франкен, отметив, что африканские правительства получают доступ к китайскому капиталу на менее льготных условиях.
«Игра в качели» и перспективы
Аналитик из Найроби Али-Хан Сатчу описал ситуацию идиомой «пан или пропал», отметив, что, погашая долги, африканские страны улучшают свои балансовые отчеты и «те страны, которые смогут показать, что управляли долгами и в горе и в радости, окажутся впереди, когда китайский денежный кран снова откроют».
Как отмечает SCMP, китайские госбанки не являются чистыми двусторонними кредиторами: лишь около 17% кредитования Африки в 2000–2021 годах официально координировалось через государство, а подавляющая часть финансирования носит коммерческий характер, где банки сами выбирают проекты в погоне за прибылью.
После завершения гражданской войны в 1947 году новые коммунистические власти Китая уделяли значительное внимание отношениям с африканскими странами и последовательно поддерживали национально-освободительные движения на континенте. Голоса африканских государств сыграли не последнюю роль в том, что в 1971 году место в ООН перешло от Тайваня к материковому Китаю. В последующие десятилетия Пекин продолжил развивать политические и экономические связи, добившись отказа от признания Тайбэя всеми странами континента, кроме Эсватини.
В 2024 году Китай выделил на сотрудничество с Африкой в 2025–2027 годах $51 млрд. Пекин в рамках договоренностей поможет в проведении летних юношеских Олимпийских игр 2026 года и Кубка африканских наций 2027 года, а также вложит $50 млн в фонд группы его партнерства со Всемирным банком, которые пойдут на развитие африканских стран.